— У тебя плохое настроение?

— Что-то вроде того.

— Уж не заболела ли? — в голосе Фила послышались тревожные нотки.

«Заботливый… — раздраженно подумала Ксана. — Вот сволочь!»

— Немного. Но это женские проблемы… так что сильно волноваться не стоит.

— Уф-ф… А я уже грешным делом подумал… — Мужчина вдруг умолк.

— Что ты подумал? — быстро спросила Ксана.

— Не подыскать ли мне кого-нибудь другого…

— Ну и флаг тебе в руки! — резко ответила Ксана. — До свидания!

— Погоди! Не заводись… Что это с тобой? В последнее время ты почему-то стала сильно обидчивой.

— Старею, — отрезала Ксана.

— Ах, девочка, мне бы твои годы…

— А нельзя ли сразу перейти к делу?

— Почему нельзя? Можно. Записывай.

— До сих пор я на память не обижалась. Диктуй, запомню.

Фил назвал несколько цифр и спросил:

— Устраивает?

— Как будто. А там посмотрим.

— Только чур не жадничать! Дело не стоит выеденного яйца.

— Ты всегда так говоришь. Но не всегда получается, как мыслится. И вообще — в чужих руках горящие уголья ладони не обжигают.

— Хех-хех… И то верно. В общем, решим по факту. Ты ж меня знаешь…

— Знаю.

— Веришь?

— Пока верю.

— Вот и ладушки, — бодро ответил Фил, сделав вид, что слово «пока» он не услышал. — Бывай здорова. Жду ответа как соловей лета… хех-хех…

«Нет, ну каков сукин сын! — кипятилась Ксана, приводя себя в порядок. — Опять большую часть денег зажилил. Это как пить дать. Себе — пенки, а мне — что осталось. Вогнать бы ему пулю в лобешник — и дело с концом…» Подумала так — и тут же прогнала глупую мысль. Фил находил ей работу, — он был посредником — а потому имел право на свой процент. Но его жадность превышала разумные пределы, и Ксана, случайно узнав по своим каналам, сколько ей должно было причитаться, производила «разбор полетов».