В еде недостатка не было. В этот год расплодилось много мышей, и Кошка на охоту тратила совсем мало времени. Ей доводилось встречать и других представителей своего племени, но кошки большей частью были пришлыми, а потому не стремились пойти на контакт. Кошка везде оставляла пахучие метки, и соплеменники торопились побыстрее покинуть ее охотничьи угодья — чтобы не получить хорошую трепку.

Они читали запахи, как человек книгу. Поэтому знали, что Кошка очень крупная и сильная, и у нее есть потомство, которое она будет с яростью защищать.

Попадались ей на охотничьей тропе и гадюки, которых привлекла в город знатная добыча в виде многочисленных мышей. Кошка была сыта, поэтому лишь провожала ползучих гадов внимательным взглядом, время от времени прищелкивая зубами — выпускала таким образом охотничий азарт наружу.

Она смотрела на жирных ленивых гадюк как рачительная хозяйка на кусок колбасы в холодильнике. Кошка знала, что бывают времена, когда мышей ставится меньше, и тогда запас в виде толстых откормленных червяков будет в самый раз (для Кошки все ползающие, представлялись червями; только одни были маленькими, другие — большими, одни были совсем безобидными, а других следовало остерегаться).

Нужно сказать, что одичавшая Кошка в вопросе еды совсем не похожа на кошку домашнюю. Бездомная Кошка ела все, что ползало, летало, прыгало, бегало и плавало. В ее меню были земляные черви, кузнечики, птички, птичьи яйца, рыба — как снулая, так и живая, ужи, гадюки, разные мелкие зверьки…

Мало того, на брошенных полях Кошка нередко находила овес, в огородах — петрушку и шалфей, в лесу — другие травы, и набивала ими живот с таким рвением, будто это было парное мясо. Таким образом в ее организм попадали недостающие витамины и минеральные соли, а некоторые лесные травы были для нее лекарством.

Пока Кошка-мать отсутствовала, маленький Кот начал все чаще и чаще покидать гнездо. Первый опыт общения с внешним миром закончился для него тем, что он упал на пол и сильно ударился. Его внутреннее ухо, управляющее балансом, было еще не совсем развито, поэтому он приземлился не на все четыре лапы, как взрослые коты, а на голову.