Я протиснулся между двумя мужиками, которые с шумом ели лапшу, уставившись в бюллетени с результатами скачек, и уселся у стойки. Хозяин заведения — лысый старик с редкими седыми прядями за ушами — вопросительно посмотрел на меня. Здесь не хватало только одного блюда — виски. Огромный просчет.
— Пиво, — сказал я.
— Еще что-нибудь?
— Больше ничего.
По телевизору показывали юмористическую передачу. Некоторое время спустя раздался сигнал срочных новостей. Побежали титры: «Взрыв на Синдзюку. Свыше 50 человек пострадали».
Полвторого. На канале прекратили вещание обычных программ и начали внеочередные новости. Диктор сказал:
«Сегодня в Токио в районном парке Тюо в Синдзюку в двенадцать сорок произошел взрыв. Есть жертвы. На данный момент число погибших составляет свыше десяти человек. Раненых — более сорока человек. Они отправлены в ближайшие больницы на машинах „скорой помощи“. Пока подробности неизвестны, но, вероятно, взрыв был очень мощным. Наш корреспондент передает с места событий».
На экране появились кадры парка. Вокруг него — оцепление. Репортер стоял перед парком, за спиной его виднелись патрульные полицейские машины, он торопливо рассказывал о том, что произошло. Камеру установили на углу у мэрии. Затем показали наспех отловленных свидетелей. Возбужденный репортер набросился с вопросами на мужчину, типичного клерка, но тот оставался спокоен. Он был в парке и вдруг «бом!» — услышал звук взрыва. Увидел, как в центре парка появились столбы огня, повалил дым, и побежал вместе со всеми. Репортер снова затарахтел. Никакой новой информации. Разве что назвал образовавшиеся потоки Ниагарским водопадом.
На экране возникли кадры, снятые с вертолета. На востоке с выходящего на улицу Коэн-доори
Программа опять вернулась в студию. Ведущий начал диалог с аналитиком, старым журналистом из отдела вещания. Наверное, в отличие от теракта на самолетах специалиста по наземным взрывам тяжело найти. Но, вероятно, через какое-то время такой специалист появится. Телевизионщики, если им понадобится, кого угодно из-под земли достанут.