Они сидели в дальней кабинке закусочной на 87-й улице, касаясь друг друга плечами. Оладьи остались нетронутыми, и они мрачно прихлебывали кофе. Рукав ее бирюзовой форменной куртки лежал на золотом галуне его рукава. Пальцы переплелись.

— Я соскучился, — осторожно начал он.

— Я тоже соскучилась, Крис. Вот почему я огорчилась, что ты встретил меня сегодня. Это все усложняет.

— Джоан, дай мне немного времени. Клянусь, мы как-нибудь разрешим ситуацию. Должны разрешить.

Она покачала головой. Он повернулся к ней и с болью заметил, какой несчастной она выглядит. Ее карие глаза затуманились. Светло-каштановые волосы зачесаны назад, подчеркивая бледность гладкой чистой кожи.

В который раз он спрашивал себя, почему не порвал с Венджи, когда в прошлом году его перевели в Нью-Йорк. Почему согласился подождать еще немного, чтобы спасти их брак, если десять лет попыток ни к чему не привели? А теперь должен родиться ребенок. Он вспомнил жуткую ссору, которая произошла между ним и Венджи перед его отъездом. Может, рассказать об этом Джоан? Нет, ни к чему хорошему это не приведет.

— Как тебе Китай? — спросил он. Ее лицо прояснилось.

— Потрясающе, просто здорово.

Джоан работала стюардессой в «Пан Американ». Они встретились шесть месяцев назад на Гавайях, на вечеринке у Джека Лэйна, капитана из «Юнайтед Эйрлайнс».

Вместе с двумя другими стюардессами Джоан снимала квартиру на Манхэттене.

Просто невероятно, как некоторые люди сходятся с первой минуты. Он честно сказал Джоан, что женат, а также — что после перевода из Миннеаполиса в Нью-Йорк хочет порвать с Венджи. Отчаянная попытка спасти брак не удалась. Никто не виноват. Им вообще не следовало жениться.

А потом Венджи сказала ему про ребенка.

— Ты прилетел вечером? — спросила Джоан.

— Да. В Чикаго у нас забарахлил двигатель, и дальнейший полет отменили. Нас доставили назад. Прилетел около шести и остановился в «Холидей-Инн» на 57-й улице.