Когда зазвонил будильник, Ларин долго не мог сообразить, где он находится. Ведущий научный сотрудник Московского института теплотехники не отличался высокой скоростью мышления. Однако неторопливый, внешне не очень складный и далеко не молодой очкарик был главным экспертом Института по ракетным двигателям.

Межконтинентальную баллистическую ракету «Булава», предназначенную для установки на новое поколение атомных подводных ракетоносцев, в институте начали разрабатывать еще с 1998 года. К сожалению, обеспечить постоянную надежность пусков все никак не удавалось. Новые ракетоносцы должны были нести по 16 ракет такого типа и стать основой ядерного щита России с 2018 года. Время на доработку еще было, но военное руководство уже начало нервничать.

Пусков было уже более десятка, а стабильности все не было. Ракеты благополучно выходили из-подо льда, режим разгона первой ступени выполнялся поначалу строго по программе. Но потом начинались чудеса. Ракета отклонялась от расчетной траектории, и эти отклонения почему-то не компенсировались системой управления ракеты.

По итогам предыдущих испытаний Ларин высказал гипотезу о том, что проблему два последних года искали вовсе не там. Он первым вычислил, что все плохие пуски были из-подо льда толщиной определенного размера. Практически все запуски производились именно из подводного положения под Ледовитым Океаном, но лед был разной толщины. И вот Виктор вроде бы понял причину нештатного поведения корректирующих двигателей.

Проверить его догадку было просто, нужно было произвести пуск ракеты сквозь лед той самой критической толщины. И не просто произвести пуск, но и заснять на видеокамеру движение ракеты и льда вокруг нее в течение первых секунд полета. Как известно, инициатива наказуема – и автор идеи оказался на льдине в ожидании пуска.

Работа Виктора на станции началась и закончилась так быстро, что большинство полярников ничего и понять не успели. В 11.30 Виктор вышел из палатки и начал устанавливать треногу для видеокамеры. Огромный объектив выдавал серьезность прибора. «Оснащенный турист» – хмыкнули молодые полярники. Но потом сам Батя неспешно подошел к приезжему, и стал рядышком. Когда почувствовалась первая волна вибрации, Батя поднял с груди большой бинокль и тоже уставился в белую бесконечную даль.