На вид ему было лет тридцать. Его уверенная манера держать себя и маленькие смеющиеся морщинки вокруг сверкающих умом глаз свидетельствовали о том, что он старался получать удовольствие от каждой минуты из прожитых тридцати лет, вплоть до самого последнего момента.

Римо сидел молча, дожидаясь, когда О'Брайен оставит их одних. Наконец охранник направился к двери.

– Постучите, отец, когда закончите, – сказал он и плотно прикрыл за собой дверь.

Римо услышал, как щелкнул замок.

Прижав палец к губам, Римо подошел к двери и прильнул к замочной скважине. Сквозь нее он увидел спину О'Брайена, вновь усевшегося за свой стол.

Только затем Римо сел и обратился к Девлину:

– Все в порядке, можно начинать.

Когда Девлин приступил к рассказу, Римо попытался сосредоточиться, но обнаружил, что ему сложно это сделать. Он мог думать только о том, что находится в тюрьме, и о том, что хочет отсюда выбраться, чуть ли не сильнее, чем много лет назад, когда он был спасен от электрического стула секретной правительственной организацией, которой президент поручил бороться с преступностью. Он занял в этой организации место исполнителя, убийцы под кодовым именем – Дестроер.

Сквозь его задумчивость проникали обрывки рассказа Девлина: что-то об африканском государстве Скамбия, о плане превратить его в международное прибежище для преступников со всего света, о президенте, которого должны были убить, о вице-президенте, готовящемся занять его место.

Быстро утомившись, так как сбор информации не входил в круг его профессиональных забот, Римо попытался придумать вопросы, которые ему следовало задать.

– Кто стоит за всем этим?

– Не знаю.

– Вице-президент? Этот Азифар?

– Нет, не думаю.

– Как вы все это раскопали?

– Я работаю на человека, который интересуется такого рода вещами. Вот откуда я это знаю. Я осуществлял для него юридические исследования законов экстрадиции.