Затем Джо выехал на автостраду и на большой скорости направил машину по хорошо знакомым местам в сторону Сан-Диего. Казалось, он только вчера ехал по этой дороге: время словно двинулось вспять. Сквозь разрывы в облаках тусклое желтое солнце слабо освещало розовые, желтые и белые постройки в испанском стиле, группами разбросанные по скучному ландшафту. По сравнению с его прошлым приездом сюда городские постройки выглядели еще более уныло. Повсюду торчали рекламные щиты. Вдали можно было разглядеть неясные очертания Голливудских холмов. Все было знакомо: и зеленовато-бурый кустарник, и пальмы, и рекламные плакаты…

Джо зафиксировал стрелку спидометра на отметке «60 миль в час» и приглушил радио. Тоскливая песня, лившаяся из динамиков за его спиной, вместе с мелькавшими в окнах картинами упадка усиливала его раздражение и тревогу. Мысли Джо уносились в прошлое. Он вспомнил отца.

Профессор Вилли Мессенджер всю жизнь прожил бунтовщиком. Он относился к той категории независимых людей, которые не боятся никаких пересудов и никогда не втискивают себя в установленные рамки. Мать Джо была актрисой. Она умерла от рака, когда мальчику было всего семь лет. Отец больше не женился и сам растил и воспитывал сына, сначала в Вашингтоне, затем в Бостоне, Лос-Анджелесе, Торонто. Джо боготворил его. Отцу он обязан всем. Он научил сына охотиться, рыбачить, разбирать и собирать двигатель, телевизор, компьютер. Научил понимать окружающий мир и презирать смерть.

Вилли Мессенджер был пионером в криобиологии, и Джо больше всего любил околачиваться в его лаборатории, наблюдая за работой научных сотрудников и ассистентов. Он даже помогал им в экспериментах по замораживанию и размораживанию насекомых, животных, человеческих клеток и тканей и, наконец, целых органов.

Вилли был убежден, что человечество вымрет, если не найдет путь к продлению жизни человека. Жизнь людей слишком коротка, чтобы накопить достаточно мудрости, необходимой для сохранения человека как биологического вида.



25 из 594