Бетти Хендон только что открылась доктору Уолтерсу, что ее мать в действительности была ей не матерью, а отцом, который выдавал себя за служанку Джереми Блэдфорда, живущего этажом выше. Сама Бетти без ума от мистера Блэдфорда, но уже никогда не смогла бы стать его женой, так как ее еще подростком насильно выдали замуж за Уилфреда Уайата Хорнсби, выжившего из ума миллиардера, который, продолжая жить затворником, угрожает прикрыть клинику для бедных доктора Уолтерса…

– Чиун! – закричал с порога Римо. – Это ты сказал Смиту, что я могу работать, не достигнув состояния полной физической готовности?

Ответа не последовало. Руки человека, застывшего в позе лотоса, оставались скрещенными на коленях.

– Ты хочешь, чтобы меня убили? Ты этого хочешь, Чиун?

Тишину комнаты нарушал только доктор Уолтерс, рассуждавший о том, почему так важно, чтобы люди осознали себя просто людьми, а не тем, кем хотят их видеть другие.

– Чиун! Я сейчас выдерну шнур из розетки! – завопил Римо.

Тонкий указательный палец правой руки с аккуратно заточенным ногтем почти такой же, как палец, длины, приблизился к губам старика.

– Тс-с-с! – только и произнес Чиун.

К счастью, с экрана полилась тихая органная музыка, потам откуда-то выскочил вредный ребенок и испортил маме игру в карты только для того, чтобы поведать ей о состоянии своих зубов, чему последняя несказанно обрадовалась. Не менее довольными почувствовали себя и другие участники игры в покер, у каждого из них оказалось полное каре. Может быть, поэтому всем захотелось узнать, какой пастой этот ребенок чистит зубки.

– Тебе не нужно находиться на пределе возможного постоянно, – заговорил наконец старик, – как автомобилю не требуется постоянно ездить со скоростью девяносто миль в час.

– Но когда автомобиль будет участвовать в гонках, его скоростные возможности могут пригодиться, – возразил Римо.

– Все зависит оттого, кто с кем соревнуется, – заметил Чиун. – Автомобилю не нужна скорость, чтобы победить черепаху.