– О чем это ты?! – изобразил удивление Римо.

– Для начала «двойной орел» совсем неплохо, – подносчик попытался загладить свою неловкость. – На каждой лунке вы экономите по два удара.

– Ты не перепил вчера, случаем, сынок? – Римо подозрительно взглянул на подростка. – Или еще не совсем проснулся? За первую лунку я набрал наибольшее число очков при минимальном количестве ударов, а за вторую – стандартно. Кто лучше знает, сколько ударов я сделал, ты или я? Небось, накурился вчера?

Мальчик сконфуженно молчал.

Римо взял из его рук клюшку четыре, тщательно выбрал позицию, сделал два пробных замаха, а затем точно выверенным ударом с подкруткой послал мяч на расстояние в сто семьдесят ярдов; семьдесят ярдов вперед по прямой и сто – в сторону.

– Черт побери! – воскликнул Римо, швырнув клюшку на мягкое травянистое поле. – Только игра пошла… и вот!

Он посмотрел пристальным взглядом на подростка, стараясь понять, помнит ли он о первых двух лунках, но ответа в его глазах прочитать не успел – на их месте кровью разлилась глубокая рваная рана. Римо услышал жужжание пули раньше, чем хлопок выстрела, прозвучавшего со стороны рощи.

Пуля в буквальном смысле опрокинула мальчика, он упал, рассыпая деревянные и металлические клюшки. Укрываясь от следующего выстрела, Римо – он не сомневался, что стреляли именно в него, – распластался рядом с подносчиком, как бы дублируя контуры его тела, но с противоположной от рощи стороны. Еще две пули врезались в обмякшее тело мальчика. Перекрестного огня вроде бы нет, – отметил про себя Римо. По жужжанию пуль, их тяжелым ударам в цель он определил, что стреляли со стороны рощи из однозарядной винтовки крупного калибра, типа «магнум-357». Что ж, кто бы ни был этот не очень меткий стрелок, он умрет!

Выждав момент, Римо вскочил и бросился в сторону рощи. Сначала он бежал по прямой, а потом сделал резкий рывок в сторону, уклонившись тем самым от очередной пули.