– Куда труп денем? – нетерпеливо повторил Степан.

– Твоя квартира, тебе и решать! – злорадно ухмыльнулся Василий.

В морг они все же поехали вместе, на грязно-зеленой труповозке. Изношенную машину трясло и болтало в разные стороны. Мертвого карателя, дабы не сползал с носилок, накрепко привязали к ним простынями. Любящие внучики позабыли закрыть деду глаза, и он остекленело таращился в потолок. Агония оставила на лице покойника жуткую, кривую гримасу, и в настоящий момент Николай Викторович напоминал смеющегося дьявола. Однако ни Степан, ни Василий не питали склонности к мистике, отдавая предпочтение вещам материальным.

– Когда заберете? – лениво спросил служитель, после того как тело усопшего загрузили в «холодильную камеру». – Учтите, с местами напряженка!

– Э-э-э! – замялся Степан и промямлил: – Можно переговорить со здешним руководством?

Всю дорогу Василий завидовал «сообразительности» двоюродного брата. Хитер Степка, ох хитер! Недооценивал он его! И квартиру отхватил, и расходов на похороны избежал. Степан наплел заведующему, будто не имеет средств к существованию, и предложил труп деда в безвозмездное пользование студентов-медиков. Заведующий поморщился (слишком много в нынешнее время развелось бесхозных мертвецов), но согласился. Теперь Степан лоснился от самодовольства и оживленно обсуждал с братом предстоящую поездку в Белоруссию. Вечерело. Духота на городских улицах и в общественном транспорте стала совершенно невыносимой. Василий обливался потом. Мокрая насквозь рубашка прилипла к спине.

– Лучше всего ехать на машине, – разглагольствовал Степан. – Особенно обратно. Груз-то, сам понимаешь... да и добраться иным способом до Черных Кустов практически невозможно. Ближайшая железнодорожная станция в сотне километров. Имеется у меня приятель Сережа Полтинников, владелец «Нивы»...

– Предлагаешь брать его в долю?!– набычился Василий.