Страйд недоуменно пожал плечами:

– И что же тут такого страшного? Ты мне нравишься. Смышленая, симпатичная. Полагаю, Сохилл оказал мне неплохую услугу.

– Едва ли, – усмехнулась Аманда.

– Почему?

– Ты действительно ничего не знаешь? Серена тебя не предупреждала?

– О чем?

Прищурившись, Аманда принялась разглядывать Страйда.

– Слушай, ты меня не разыгрываешь?

– У меня нет такой привычки, да и не умею я разыгрывать.

Аманда засмеялась:

– Ну хорошо, поверю.

– Тогда расскажи, в чем дело.

– В том, что я – недорезанная.

– Как это? – удивился Страйд.

– Я транссексуал. Был парнем, стал женщиной. Принимаю эстрогеновые добавки, чтобы груди росли, кожа стала мягче, вес распределялся правильно, и все такое. Но операцию по удалению мужских гениталий я делать не стала. Понятно теперь?

Страйд почувствовал, как наливается краской лицо.

– Черт побери, – прошептал он.

– Теперь тебе ясно, что в списке напарников моя фамилия стояла далеко не на первом месте?

Взгляд Страйда непроизвольно скользнул по груди Аманды и застыл на ее тугих джинсах. Воображение нарисовало ему необычную картину. Словно очнувшись, он отвел глаза и посмотрел в лицо Аманде.

– Показать? – спросила она.

– Не нужно! – резко бросил Страйд и вдруг заметил, что Аманда тихо смеется. – Извини, – добавил он.

– Ничего страшного. Забавно получается. Через меня Сохилл передает тебе свой привет. У вас там в Миннесоте с транссексуалами, наверное, не густо?

– Ну и что? Не вижу особых проблем, – пожал плечами Страйд.

Его жизнь, круто изменившаяся два месяца назад, проходила на берегах озера Верхнее, в городе, либеральном к профсоюзам и здравоохранению и консервативном в вопросах религии и секса. Страйд, однако, вовсе предпочитал не судить о том, что происходило за закрытыми дверями домов, по крайней мере до тех пор, пока кто-либо не получал травму.