Жасмин промолчала. Майк описывал мир, который ее не интересовал. Он вспомнил телефонный разговор с Гари. Тот сказал, что сейчас самое удачное время для его возвращения, потом долго разглагольствовал о микропроцессорах, печатных платах и новых каталогах, упомянул о том, как мало теперь приличных предложений на рынке труда, и пообещал немедленно выслать приглашение. Свое обещание Гари сдержал. В письме – что Майка совсем не удивило – весьма расплывчато объяснялось, чем он будет заниматься, точно оговаривалось только, что он станет «уполномоченным по закупкам».

На следующее утро Майк проснулся один. Жасмин ушла до рассвета, чтобы незаметно вернуться в отель и начать новую жизнь. Все знали, что она спит с ним, но пока их не видели вместе, никто и не вмешивался. Майк начал собираться в дорогу, злясь на себя за то, что никак не может избавиться от дурных предчувствий, вызванных мыслями о возвращении в «Това системз», что с трудом представляет лицо Жасмин и почти не помнит их последнюю ночь любви.

Пришел Джимми. Увидев, чем занят Майк, юноша расплакался.

– Я сказал бы тебе вчера вечером, но не хотел, чтобы Виктор узнал.

– Ты вернешься, Майк? – спросил Джимми, вытирая лицо тощими руками.

– Послушай, тебе это только на пользу. Виктор, когда успокоится, поймет, что ему не обойтись без тебя. Ты теперь у него единственный инструктор по подводному плаванию.

– Благодаря тебе.

– Нет. Ты сам упорно занимался и прошел все испытания.

Майк хотел сказать, что это он должен бы плакать, оставляя рай, но Джимми, ни разу в жизни не уезжавший с Малакки, вряд ли понял бы его.