– Перестаньте говорить так, будто меня здесь нет! – возмутилась я.

– Анита пригласила меня на свидание. Я согласился.

– Это правда, ma petite?

Голос его стал очень спокоен. И это спокойствие было страшнее гнева.

Я хотела сказать “нет”, но он бы учуял ложь.

– Правда. И что?

Молчание. Он стоял совершенно неподвижно. Если бы я не смотрела прямо на него, то и не знала бы, что он здесь. Мертвые не шумят.

У меня запищал пейджер. Мы с Ричардом подпрыгнули, как от выстрела. Жан-Клод не шевельнулся, будто и не услышал.

Я нажала кнопку и застонала, увидев замигавший номер.

– Кто это? – спросил Ричард, кладя руку мне на плечо.

– Полиция. Мне нужно найти телефон.

Я прислонилась к груди Ричарда, он сжал мое плечо. Я глядела на стоящего передо мной вампира. Нападет на него Жан-Клод, когда я уйду? Я не знала.

– На тебе крест есть? – Шептать я не стала. Жан-Клод все равно услышал бы.

– Нет.

Я полуобернулась:

– Нет? Ты выходишь после темноты без креста?

Он пожал плечами:

– Я – оборотень. Могу за себя постоять.

Я покачала головой:

– Один раз тебе порвали горло. Мало?

– Я же еще жив.

– Я знаю, что ты почти любую рану можешь залечить, но ведь не всякую, Ричард, Бог свидетель! – Я потащила из-под блузки серебряную цепочку с распятием. – Можешь взять мой.

– Это настоящее серебро? – спросил Ричард.

– Да.

– Не могу. Ты же знаешь, у меня на серебро аллергия.

Ага, дура я. Ничего себе эксперт по противоестественным явлениям, который предлагает серебро ликантропу! Я заправила крест под блузку.

– Он не больше человек, чем я, ma petite.

– По крайней мере, я не мертвец.

– Это можно исправить.

– Прекратите оба!

– Ты видел ее спальню, Ричард? Коллекцию игрушечных пингвинов?

Я набрала побольше воздуху – и медленно его выпустила. Не собираюсь я тут стоять и объяснять, каким образом Жан-Клоду удалось увидеть мою спальню. Мне что, надо вслух заявить, что я не спала с этим ходячим мертвецом?