– Она мясник.

Ликантроп – мясник. Слишком идеальное сочетание. Но я понимала, как она может потерять работу. Обработка продуктов питания при наличии потенциально смертельной болезни. Чушь, конечно. Я знаю, и весь департамент здравоохранения знает, что ликантропия передается только при нападении больного в животной форме. Но люди в это не верят, и я не могу поставить им это в вину. Сама не хотела бы быть мохнатой.

– У нее своя мясная лавка. Хороший бизнес. Она его от отца получила.

– Он тоже был ликантропом? – спросила я.

Смитц покачал головой:

– Нет, Пегги покусали несколько лет назад. Она выжила, но... Сами понимаете.

Я понимала.

– Итак, ваша жена ликантроп, и она потеряет свое дело, если об этом узнают. Понимаю. Но чем я могу вам помочь? – Я подавила желание поглядеть на часы. Билеты у меня, и Ричард будет ждать.

– Пегги пропала.

Ага.

– Мистер Смитц, я не частный детектив. Пропавшими людьми я не занимаюсь.

– Но я не могу идти в полицию. Они могут узнать.

– Давно она пропала?

– Два дня.

– Мой совет – пойти в полицию.

Он упрямо мотнул головой:

– Не пойду.

Я вздохнула:

– Я ничего не знаю о розыске пропавших. Я поднимаю мертвых и истребляю вампиров – это все.

– Мистер Вон сказал, что вы мне можете помочь.

– Вы ему рассказали, в чем дело?

Он кивнул.

Блин! У меня с Бертом будет долгий разговор.

– Полиция свое дело знает, мистер Смитц. Вы им просто скажите, что у вас пропала жена. Про ликантропию не говорите. И посмотрим, что они найдут.

Не люблю советовать клиенту скрывать информацию от полиции, но это куда как лучше, чем вообще туда не ходить.

– Прошу вас, мисс Блейк. Я в тревоге. У нас двое детишек.

Я начала было перечислять все причины, по которым не могу ему помочь, но тут меня осенило.

– “Аниматор Инкорпорейтед” пользуется услугами одного частного детектива. Вероника Симз, она принимала участие во многих случаях, связанных с противоестественными явлениями. Она может вам помочь.