Роза Мартин откинулась на спинку кресла и принялась сверлить Марину взглядом.

— Послушайте, Роза. Вы пять месяцев отказывались встретиться со мной. Игнорировали все мои попытки вам помочь.

— Потому что мне помощь не нужна. Я сама справилась.

— Это вы так считаете. Вы даже не ходили на курсы управления гневом, которые я порекомендовала.

При этих словах глаза Розы вспыхнули.

— Я не нуждаюсь в вашей помощи, — упрямо повторила она.

Марина снова вздохнула.

— Я просто хотела сказать, что понимаю, каково вам.

Роза презрительно фыркнула.

— Это вы разыгрываете сценку «Лучшая подруга»? Никто, мол, меня не поймет, только вы.

Марина задумчиво склонилась над своими записями. Подняв голову, она сказала:

— Нет, это другая сценка. — Нарочито прохладный тон призван был скрыть ее раздражение. — Это сценка, в которой я на время забываю о своем профессиональном долге и отклоняюсь от сценария. Забудьте и вы, что я психолог, а вы — полицейский. Давайте поговорим, как обычные люди.

Роза промолчала.

— Я действительно понимаю, каково вам, Роза. Потому что сама через это прошла. Вы тогда еще здесь не работали, но обстоятельства были очень похожие. Если не верите, можете навести справки. — Марина дала себе несколько секунд, чтобы справиться с эмоциями, и продолжила: — Я вела себя точно так же. Считала, что справлюсь сама. Буду жить, как будто ничего и не было. Я пыталась. Но не смогла. — Голос ее предательски дрогнул.

Роза нахмурилась, но на лице ее читался явный интерес.

— Что же произошло?

Марина пожала плечами.

— Я кое-как выкарабкалась, но на это ушло немало времени. Больше, чем я рассчитывала. Нелегко было. Но я справилась. Постепенно.