Доктор Уба, похоже, рада была услышать вопрос, на который могла ответить.

— Пациента первым делом нужно было стабилизировать, измерить рост, вес, обработать царапины и раздражения, наложить шины на пальцы. Потом мы взяли анализы.

— Анализы?

— Кровь, волосы, соскоб из-под ногтей. — Она, сглотнув комок, покосилась на мальчика, вытянувшегося на кровати. — Мазок из анального отверстия. Результаты будут в конце дня или завтра.

— А что вы можете сказать на данный момент? — спросила Анни.

— Ничего конкретного. Надо сначала посмотреть анализ крови, выяснить, какие у него инфекции, каких питательных веществ не хватает особенно остро. Проверим плотность кости, бедра, суставы… — Она тяжело вздохнула. — Зубы у него в ужасном состоянии. Ему, должно быть, сейчас очень больно.

— Он укусил парня из бригады по сносу, — заметила Анни.

Доктор Уба удивленно вскинула брови.

— Странно, что у него зубы не выпали.

— Может быть, вы еще как-то можете нам помочь? — спросила Анни, но доктор Уба только покачала головой.

— Вы же сами все видите. Он провел достаточно долгое время в этой… клетке. Давно не видел солнца, не получал нормальной пищи. Когда он придет в себя, можно будет определить степень его социализации, но, боюсь, она окажется весьма невысокой. Впрочем, есть еще кое-что… Кое-что странное.

— Еще более странное?

— Да. — Доктор указала на его ступни, скрытые простыней. — На правой стопе. Мы сначала решили, что это шрам, но, когда присмотрелись внимательнее, поняли, что это нанесено умышленно.

— Умышленно? — переспросила Марина.

— Похоже на то, — кивнула доктор Уба. — Нечто вроде… клейма.

— Клейма? Как на скоте?

Доктор снова кивнула.

— Впервые такое вижу.

Марина посмотрела на ребенка и, вспомнив о своем, инстинктивно прижала руку к животу. Она клялась, что никогда не забеременеет.