Профессиональный банкир и собиратель старинных магических фокусов, позже он получил в управление все деньги Мэннинга и сумел правильно распорядиться ими, что само по себе было выдающимся фокусом. На сегодня он оставался единственным человеком в команде Мэннинга, кто был с ним рядом, когда тот женился на первой леди. Уже одно это позволяло ему чувствовать себя неприкасаемым, когда пресса пронюхала, что отец Бойла был мелким мошенником, осужденным (дважды) за махинации со страховкой. И именно этой своей свободой он решил воспользоваться теперь, когда в лимузине подверг сомнению авторитет первой леди. Но рано или поздно любой свободе приходит конец.

Мэннинг незаметно покачал головой, и только тренированный глаз мог подметить этот его жест. Один-ноль в пользу первой леди.

Закрыв свою папочку, Бойл откинулся на спинку сиденья и наградил меня взглядом, который мог бы испепелить меня на месте. Ага, и тут я виноват.

Мы приближались к месту назначения, и Мэннинг молча уставился в светло-зеленое пуленепробиваемое стекло своего окна.

— Кто-нибудь знает, что сказал Кеннеди за три часа до того, как его застрелили? — поинтересовался он со своим лучшим массачусетским акцентом. — Знаете, прошлой ночью президента можно было запросто пристрелить.

— Ли! — упрекнула его первая леди. — Видите, с чем мне приходится иметь дело? — добавила она, с деланным смехом обращаясь к Калиноффу.

Президент взял ее руку и легонько пожал, бросив взгляд в мою сторону.

— Уэс, ты захватил подарок, который я припас для мистера Калиноффа?

Я принялся рыться в своем кожаном портфеле, магическом мешке со всякими хитроумными штучками, не отрывая взгляда от Мэннинга. Он коротко кивнул и почесал запястье.

«Не давай ему заколку для галстука… ищи другой, большой подарок».

К этому времени я уже более семи месяцев занимал должность его помощника. Я делал свою работу хорошо, поэтому нам не нужны были слова. Мы с ним сидели в одном окопе и понимали друг друга с полувзгляда. И я не мог не улыбнуться.