С улицы долетел звонкий говор Танюшки, протянулась тоненькая песенка… Девочки собрались куда-то! Идут всей гурьбой, и белобрысый Прошка сзади тащится. И Светлана с ними. Она сегодня в чистом платье в розовую полоску и с розовым пояском. Уходит!

Конечно, Аниска могла бы схватить Никольку и выбежать к ним навстречу. Но мать не велела таскать Никольку на реку. А потом, если бы даже и Никольки не было, Аниска всё равно не выбежала бы к ним. Зачем же? Раз не зовут – она и не пойдёт…

Николька хныкал, но Аниска не отходила от окна. Что это? Девочки остановились против их дома. Светлана бежит к ней!

– Аниса! Пойдём купаться.

Аниска, улыбаясь, затрясла головой:

– Мне с Николькой нельзя… Ты иди, иди! А я дома буду.

– Ну ладно. Я потом приду к тебе!

Светлана побежала обратно.

– А ты вправду придёшь? – крикнула Аниска.

– Конечно, приду!

Девочки ушли. Тоненькая песенка всё дальше, дальше… Наконец Аниска заметила, что Николька плачет. Она взяла его на руки, поцеловала в лоб и нежно прижала к себе его светлую голову.

– Николька, ты не плачь. Ты думаешь, что Светлана с нами больше не водится? А вот и нет. Водится! Видишь – прибежала, позвала! Она искупается и придёт. Мы будем с ней играть в «мак». Потом мы ей покажем, где у нас под крыльцом живёт жаба. А говорят, уж в лесу сыроежек пропасть – вот пойдём с ней в лес. Там овражек есть – длинный такой и немножко тёмный… Знаешь, там по краям сколько сыроежек бывает! Вот обрадуется, если полную корзину наберёт!

Аниска с Николькой на руках вышла на улицу. На лужайке под липой было тихо и пусто, только маленький рыжий телёнок нерешительно щипал траву. Солнце поднималось к полдням. Куры, раскрыв клюв, искали холодочка…