Что касается ночных вызовов, то я бы хотел, чтобы, по крайней мере, один из вас оставался здесь на ночное дежурство. Это значит, что каждый из вас будет дежурить одну ночь из пяти, и это не должно вас слишком обременить. В самом деле, это в порядке вещей. Остальные в это время могут задерживаться до вечера, это похвально, но, как минимум, один должен быть здесь ночью. Найдите сегодня время, соберитесь вместе и составьте мне план, кто когда будет дежурить. Обходы в БИТ начинаются в 6.30 утра. Я бы хотел, чтобы к этому времени вы бы уже посмотрели своих пациентов, собрали всю информацию, необходимую для обхода. Это понятно?

Файрвизер с испугом уставился на Карпина. Он наклонился и прошептал ему на ухо:

– Бог мой, мне придется вставать раньше, чем я ложусь спать!

– У вас возникли какие-нибудь вопросы, мистер Файрвизер? – спросил Беллоуз.

– Нет, – торопливо ответил Файрвизер. Он был напуган тем, что Беллоуз знал его имя.

– Что касается сегодняшнего утра, – продолжил Беллоуз, снова бросая взгляд на свои часы. – Сначала я отведу вас в палаты и представлю сестринскому персоналу, который, как я уверен, уже трепещет при мысли о встрече с вами, – добавил Беллоуз с кривой усмешкой.

– Мы уже оценили их радость, – произнесла свои первые слова Сьюзен. Ее голос заставил Беллоуза посмотреть в ее сторону. – Мы, естественно, не ожидали духового оркестра в честь нашего прибытия, но и не думали, что встретим такой холодный прием.

Внешность Сьюзен уже слегка вывела Беллоуза из равновесия, а сейчас ее голос заставил его пульс биться чаще. Он напомнил ему времена в колледже, когда он наблюдал за девушками-болельщицами из групп поддержки игроков и желал, чтобы на них было поменьше одежды. Беллоуз подыскал слова для ответа:

– Мисс Уилер, вам необходимо понять, что медсестры здесь прежде всего заинтересованы в одной вещи.

Найлз подмигнул Гольдбергу, но тот не понял, на что он намекает.