Один из учеников, не выдержав, издал нервный смешок.

– Сегодня стало меньше на четыре американца, которые бродят в потемках, потерявшись в собственной стране. Сегодня вы еще не на виду, ваше Братство укрыто от посторонних глаз, и вы своей кровью, самой своей жизнью гарантируете сохранение тайны. Громкие клятвы не требуются. Они в ваших сердцах, полных любви и ненависти. Любви к нашей великой стране, ненависти – к тем, кто пьет ее соки и отравляет души ваших детей... – После паузы он добавил: – Поздравляю вас, избранники судьбы!

Фигура Старейшины растворилась в тени. Хлопнула дверь.

– Хорошо, – сказал Перкерсон подопечным. – Можете сбросить повязки.

Стрельбище было ярко освещено, и люди, сорвав повязки, невольно сощурились.

– Боже, – сказал один, – это не звукозапись была?

– Нет, – ответил Перкерсон, – с вами говорил сам Старейшина.

– Ужас, – сказал второй. – Я не думал, что это будет так скоро!

– Не знаю, скоро ли снова придется встретиться с Ним, – задумчиво сказал Перкерсон, – но этот День когда-то настанет.

Третий поднял кулак.

– Тот самый День! – сказал он.

– Тот самый День! – повторили все.

Книга первая

Глава 1

Уилл Ли продемонстрировал охраннику удостоверение.

– Могу я припарковаться? Всего на несколько минут! Мне нужно взять кое-что в офисе.

Охранник сошел по ступенькам к его «порше» – не новому, но свежевымытому, без лишней пылинки, – и освидетельствовал наклейку на ветровом стекле.

– Десять минут, – произнес он, – не больше.

В Вашингтоне все любят проявлять, власть, подумал Уилл. Парни, охраняющие Капитолий – не меньше прочих.

Было семь тридцать утра, суббота, декабрь. В пятницу конгресс не работал.

Уилл перебежал в Рассел-Билдинг, ощущая давление хмурого, облачного неба. Шее и лицу было холодно.