Он ни в чем не мог ей отказать. Тем более что она очень редко обращалась к нему с какой-нибудь просьбой.

Ширина смотровой площадки между краем и центральным постом составляла порядка десяти футов. Прочность досок сомнений не вызывала. Опасность могла исходить только от ограждения.

— Ладно, — с неохотой согласился он. — Но проверять прочность ограждения буду я, а ты останешься у стены, в безопасном месте.

— Мужчины сражаются с яростным тигром. — Наоми понизила голос, подбавила в него неандертальской хрипотцы: — Женщины наблюдают.

— Так уж повелось в жизни.

— Мужчины находят сие естественным порядком. — Хрипотца не исчезла. — Женщины видят в этом всего лишь развлечение.

— Всегда счастлив поразвлечь вас, мэм.

И когда Младший шагнул к ограждению, чтобы проверить его прочность, Наоми осталась у остекленной стены.

— Будь осторожен, Ини.

Его рука легла на шероховатые перила. Он понял, что бояться надо скорее заноз, чем падения, но держался на расстоянии вытянутой руки от края площадки. Шел медленно, то и дело покачивая ограждение, выискивая расшатавшиеся или прогнившие стойки.

За пару минут замкнул круг, вернувшись к тому месту, где Наоми обнаружила слабину. Оказалось, что это единственный опасный участок.

— Ты довольна? — спросил он. — Теперь спускаемся.

— Обязательно спустимся, но сначала доедим. — Она достала из рюкзака пакетик с курагой.

— Доедим внизу, — гнул свое Младший.

Она вытряхнула два сушеных абрикоса ему на ладонь.

— Я еще не налюбовалась этим великолепием. Не дави, Ини. Мы знаем, что бояться нечего.

— Хорошо, — он сдался. — Только не облокачивайся на перила даже там, где ограждение крепкое.

— Из тебя получилась бы прекрасная мамаша.

— Да, но у меня возникли бы определенные трудности с кормлением грудью.