В комнате были мешки со стружками и кормом для цыплят, холодильник с календарем года Крысы, полки, уставленные высокими стеклянными банками с чаем, грибами и чагой, напоминающими человечков корнями женьшеня и другими предметами, обозначенными только китайскими иероглифами. Похожая на смолу густая жидкость была, как оказалось, медвежьей желчью. В большой бутыли хранилась свернувшаяся свиная кровь — из нее получался довольно вкусный суп. Там были и сушеные морские коньки, и похожие на стручки перца оленьи пенисы. На веревку были нанизаны медвежьи лапы — еще одно недозволенное лакомство. На шнурке шевелился полуживой броненосец.

— Не входить! — настойчиво повторяла девушка. На вид ей было не больше двенадцати. Нож, казалось, был длиннее ее руки.

Аркадий извинился и вышел. Вторая дверь вела на лестницу, усыпанную зерном для птиц. Лестница заканчивалась металлической дверью. Он постучал в нее и прижался к стене.

— Ким, мы хотим тебе помочь. Выходи, поговорим! Мы друзья!

Внутри кто-то был. Аркадий слышал осторожное поскрипывание половиц и звуки, похожие на шуршание полотна. Он толкнул дверь, и она с треском распахнулась. Он вошел в кладовую. Внутри было темно, если не считать света от горевшей по середине пола коробки из-под обуви. Аркадий почувствовал запах жидкости для зажигалок; картонка была облита ею. Вдоль стен стояли коробки из-под телевизоров, на полу лежал голый матрац, валялись сумка с инструментами, электроплитка. Он раздвинул занавески и посмотрел в открытое окно на пожарную лестницу, ведущую во двор, по колено заваленный отбросами из зоомагазина: мешками из-под птичьего корма, обрывками железных сеток, дохлыми цыплятами. В кладовке никого не было. Тот, кто недавно находился здесь, бесследно исчез. Аркадий попробовал включить свет. Лампочки не было. Что ж, это свидетельствовало о чьей-то предусмотрительности.

Заглядывая за коробки, Аркадий обошел всю комнату, прежде чем вернуться к горящей коробке.