Джеку захотелось узнать, не относятся ли так же к нему самому… наверное, нет, пришел к заключению он. В конце концов, он заплатил все долги сполна. В доказательство этого у него на плече остались бледные, затянувшиеся шрамы, — а также кошмарные сны о той ночи на Чесапикском заливе, в которых оружие у Джека в руках упрямо отказывалось стрелять, несмотря на все его усилия. Эти сны до сих были наполнены отчаянными криками Кэти, проникнутыми тревогой и ужасом, звучащими у него в ушах. Он ведь одержал победу в той схватке, разве не так? Почему же в снах все предстает иначе? Наверное, об этом следовало бы поговорить с психотерапевтом, вот только, если послушать старых кумушек, к «мозговеду» нужно обращаться только тогда, когда окончательно спятил…

Салли кружила по всему дому, любуясь своей новой спальней, восхищаясь своей новой кроватью, которую собирали носильщики. Джек держался в стороне. Кэти решительно заявила, что он не годится даже для того, чтобы контролировать работу, не говоря уж о том, чтобы выполнить ее самому, — и это несмотря на то, что свой набор инструментов, без которого ни один американский мужчина не чувствует себя таковым, Джек достал из багажа в самую первую очередь. Разумеется, у носильщиков был собственный инструмент — и их также проверила британская разведка, чтобы какой-нибудь агент КГБ не установил в доме аппаратуру прослушивания. Старина, так не пойдет.

— Ну, где этот турист? — произнес голос с американским акцентом.

Райан вышел в прихожую, чтобы выяснить, кто это может быть…

— Дэн! Как поживаешь, черт бы тебя побрал?

— На работе у нас сегодня скукотища смертная, поэтому мы с Лиз решили наведать вас, посмотреть, как вы устроились на новом месте.

И, конечно же, за атташе американского посольства по юридическим вопросам неотступно следовала его красавица-жена, великомученица Святая Лиз, супруга сотрудника ФБР.