Под градом пуль куртка тут же стала крутиться в разные стороны.

— Черт возьми, прочтите, что там написано! — сквозь зубы процедил Колдстад.

Что хуже всего, у его людей иссякал боезапас.

Колдстад бросил антенну и, когда люди в черном с двух сторон перешли в наступление, поднял руки над головой.

— Мы сдаемся!

Подчиненные последовали его примеру — за исключением тех, кто пытался спрятаться под шасси автомобилей.

Коренастый мужчина в бесформенном белом капюшоне на голове подошел к Колдстаду, держа в руке ружье.

— Не двигаться! — крикнул он, не отнимая побелевшего пальца со спускового крючка. — УБН!

— ФНУ! — рявкнул в ответ Колдстад. — Мы из этого идиотского ФНУ!

Повисла оглушительная тишина. Челюсти у всех отвисли, лица стали серыми.

Кто-то громко выругался, некоторых одолела икота. С белым как мел лицом Колдстад поднялся на ноги, убедившись, что палец собеседника, лежащий на спусковом крючке, вновь стал розовым.

— Вы здесь командуете? — спросил Колдстад.

Толстяк откинул белый капюшон. Показались лохматая рыжая борода и сверкающие глаза.

— Тардо. Управление по борьбе с наркотиками.

— Колдстад, ФНУ. Вы только что уничтожили три служебные машины, не говоря уже о моем стажере.

— Сами начали, — угрюмо заметил Тардо.

— Вы, словно варвары, выскочили на берег, как будто здесь Нормандия, — резко отозвался Колдстад. — Конечно, мы начали первыми. Решили, что вы из наркомафии.

— Черта с два!

— Мы наложили арест на эту больницу за отказ сообщить о прибыли в размере более десяти тысяч долларов и за нарушение параграфа 881 раздела 21 кодекса Соединенных Штатов.

Тардо помрачнел.

— Здесь предположительно находится фабрика по изготовлению наркотиков. Это наше дело.

— Почему вы так считаете?