Разве ты еще не поняла? Она хочет, чтобы я выяснил, кто убил ее сестру. Дело-то остается открытым. Уже прошло два месяца, а никого так и не арестовали. Она подозревает, что полицейские уже махнули на дело рукой. Потом она случайно наткнулась на статью и выяснила, чем я занимался в ФБР. Разумеется, ей пришло в голову, что раз уж я заполучил сердце ее сестры, то, наверное, смогу сделать то, чего не смогли полицейские. Она целый час в субботу бродила по пристани в Сан-Педро, отыскивая мой катер. Его название тоже было в газете. Это и был ее единственный ориентир. Они пришла ко мне за помощью, — выдохнул Маккалеб.

— Но это безумие. Назовите мне имя этой женщины, и я…

— Нет, я не хочу, чтобы вы вмешивались. Представьте на минуту себя на ее месте. Вы бы сделали то же самое.

Доктор Фокс поднялась с постели. В ее широко раскрытых глазах застыло изумление.

— Вы не думаете в самом деле этим заняться, — наконец сказала она.

В тоне, каким она произнесла эту фразу, звучала не простая констатация факта, а приказ лечащего врача. Маккалеб промолчал, и его молчание уже само по себе было ответом на ее слова. Лицо хирурга порозовело от негодования.

— Послушайте, Терри, — продолжила Фокс, — вы не в том физическом состоянии, чтобы заниматься чем-то подобным. После операции прошло всего шестьдесят дней, а вы собрались разыгрывать резвого детектива?

— Пока я просто думаю об этом, и все, — покачал головой Маккалеб. — Я сказал этой женщине, что подумаю, но ничего не обещал. Я знаю, чем рискую. Кроме того, я уже не агент ФБР. Это будет совсем другое дело.

Фокс сердитым жестом скрестила тонкие руки на груди.

— Запомните, вы и мысли об этом допускать не имеете права. Как ваш лечащий врач я вам это запрещаю. Это приказ, ясно?

Тон ее голоса несколько смягчился.

— Терри, неужели вы до сих пор не понимаете, какой это подарок? Получить второй шанс.