— Мы готовимся.

— Риз, у нас едва ли хватает оружия, чтобы вооружить им охрану Резиденции.

— Пистолеты не остановят апокалипсис, — сухо ответил Демарко.

— Но… мы выживем. Даже больше — мы будем процветать. Отец обещал это.

— Да. И он делает все, что в его власти, чтобы убедиться, что это произойдет. Ты ведь веришь в это, так?

— Конечно. Конечно. Я хочу сказать, он никогда не лгал нам. Все его видения осуществлялись.

Брайан непроизвольно поежился.

— И вещи, которые он может делать… И сила, которая появляется у него всякий раз, когда он захочет… Он — отмечен Богом, мы все знаем это.

— Тогда почему ты обеспокоен?

Было очевидно, что Брайан чувствовал неуверенность и дискомфорт.

— Просто… дело в женщинах, я думаю. Ты не женат, поэтому не думаю, что ты можешь понять.

— Возможно, и не смогу.

Ободренный нейтральным ответом, Брайан осторожно продолжил.

— Я знаю, это важно — укреплять способности Отца. Я понимаю это, действительно понимаю. И я понимаю — ладно, я отчасти понимаю — почему он получает это от женщин, но не от нас.

— Женщины были созданы, чтобы поддерживать мужчин, — сказал Демарко. Его голос не выражал никаких эмоций, был практически равнодушным.

— Да, конечно. И я знаю — это не причиняет им вреда — даже наоборот.

Его голос звучал чуточку недовольно, когда он говорил об этом, даже для его собственно слуха, поэтому он быстро продолжил до того, как Демарко успел что-либо сказать:

— Но не каждая женщина может или хочет этого, Риз. Эллен, Сара. Другие. Должны ли их принуждать?

— Ты видел, чтобы применялась какая-либо сила?

Брайан не отводил взгляда, хотя он больше чувствовал, нежели видел эти холодные глаза, которые буквально сверлили его сквозь лунную ночь.

— Нет. Но я слышал кое-что. И те, кто не желают, кто не…кому не льстит удовлетворение нужд Отца, они, в конечном счете, пропадают. Или их случайно находят такими, как Эллен и Сару.