— И мне тоже нечего. Так, любопытство.
— Богатые, — сказал Йон. — Богачи с континента.
— Это уж точно… Дай им знать, что ты тут.
— Это еще зачем?
— Мало ли что… То одно, то другое… мало ли чего богатым нужно. Можешь подработать. Кемпинг-то пустой. До лета далеко.
— Было бы неплохо.
Герлоф наклонился вперед:
— И называй хорошую цену.
— А то, — сказал Йон, и на обветренной его физиономии промелькнуло некое подобие улыбки.
7
— Так что, вы собираетесь провести тут несколько недель? — Совсем еще молодой маклер передал Венделе Ларссон ключи и папку с документами. — Насладиться, так сказать, весенним солнышком?
— Надеемся. — Вендела засмеялась.
Она ненавидела этот нервный смех. Она всегда так реагировала, разговаривая с малознакомыми людьми. Но она обязательно избавится от этой дурацкой привычки. Вообще, здесь, на острове, многое должно перемениться.
— Хорошо, очень хорошо, — сказал маклер. — Будете пионерами. Давно пора начинать туристский сезон пораньше… Где еще можно насладиться тишиной и покоем, как не на Эланде? И не только летом…
Вендела кивнула.
Насладиться покоем… Она должна расслабиться, прийти в себя, а Макс — закончить свою поваренную книгу.
Он стоял в гараже и мыл машину губкой. Ни одной капли крови остаться не должно. С момента приезда Макс ни словом не обмолвился о происшествии, но она видела, что он по-прежнему злится. Он просто излучал раздражение, оно окружало его, как густое кислотное облако.
Венделе пришлось самой вести переговоры с маклером. Они стояли на веранде, дул холодный ветер, и она пыталась унять дрожь. Был вечер. Солнце уже утонуло в проливе, и с ним исчезло последнее тепло. Хорошо бы вернуться в дом.
Маклер посмотрел на постепенно тонущую в сумерках соседскую виллу, потом перевел взгляд на маленькую хижину на другом конце каменоломни.