
Абсолютно неповреждённая с пассажирской стороны, передняя дверь «кадиллака» открылась и через неё вышел высокий темноволосый мужчина, ошеломлённый. Он потряс головой, чтобы прояснить её, повернулся и уставился на разбитую «шеви», которая нависала над ним, наклонился вперёд с руками на коленях, чтобы вырвать. Казалось, он думал о чём-то более важном, чем это естественное желание, внезапно он выпрямился и посмотрел на переднее сиденье, залез внутрь и помог молодой женщине выбраться. Она, казалось, не пострадала, как и он, и она не разделила его желание вырвать. Она была одета в белую блузку и очень короткую желтую юбку: большая, сексапильная блондинка. Её длинные волосы колыхались как знамя на бризе, когда она посмотрела на дорогу в сторону Такера и остальных.
— Сюда! — крикнул Джимми Ширилло. Он объехал их на «додже» и смотрел навверх.
— Залазь в машину, — приказал Такер Харрису.
Главарь был рад тому, что в каждой руке у него было по Томпсону.
— Не заставляйте меня стрелять кому-нибудь из вас в спину, — сказал Такер, открывая заднюю дверь «доджа».
Люди Баглио сохраняли тишину.
Он скользнул в машину, всё ещё смотря на них, поднял дробовик и выстрелил в воздух, когда Джимми рванул с места, захлопнул дверь уже во время движения и свалился на сиденье ниже уровня окна, пока, по его расчетам, машина объезжала верхний изгиб.
