Примерно через полгода после демобилизации Алексей раскрыл первое в своей жизни убийство. Он тогда заночевал у знакомой в студенческом общежитии. До этой ночи Клёст с ней встречался всего месяц, и после того не больше. В ту ночь они немного выпили, так что воспоминания о сексе у него остались мутные, словно все было в каком-то тумане.

Как бы там ни было, наутро в соседней комнате обнаружили зверски избитую и задушенную девушку. Когда карета «скорой помощи» приехала на место, несчастная уже не дышала.

Что случилось ночью в комнате — неизвестно. Накануне здесь гуляла компания, но последние из гостей покинули хозяйку за полночь. А утром подруга нашла бездыханное тело задушенной девушки.

Капитан из РОВД, не теряя времени даром, расспрашивал соседей убитой по общежитию. Однако никто ничего не видел и не слышал, поэтому, как догадался Алексей, шансы найти убийцу по горячим следам равнялись практически нулю.

«Скорая» уехала восвояси, вместо нее прибыла «труповозка». Тело предстояло везти в морг, проводить судебно-медицинскую экспертизу. Толпа любопытных к тому времени почти рассосалась, и только Алексей в числе немногих зевак еще торчал во дворе общежития. И когда на крыльце появились носилки, неожиданно для самого себя рванулся вперед:

— Можно, я посмотрю…

Присутствующие разом повернули головы к нему.

— Что посмотрите? — не понял капитан.

— Девушку посмотрю, если вы не против.

— Ты ее знал, что ли?

— Как вам сказать… Но думаю, что смогу быть вам полезным.

Капитан озадаченно почесал затылок, сдвинув фуражку на лоб, перевел взгляд с Алексея на убитую и обратно, после чего изрек:

— Гляди, мне не жалко.

Несмотря на скептицизм, написанный на лице представителя органов внутренних дел, конечный результат оказался ошеломляющим. Образ убийцы, его перекошенный ненавистью рот, настолько четко вырисовались в сознании Клеста, что тот даже покрылся липкой испариной.