“Станция “Царицыно”... Осторожно! Двери закрываются. Следующая станция “Орехово”.

Сергей шагнул на перрон в тот момент, когда двери электрички с шумом поползли навстречу друг другу. Он не стал оборачиваться, ибо чувствовал на спине острый взгляд незнакомца.

Отрабатывает связи вице-премьера. И уже сегодня на стол руководителю следственной группы Николаю Баженову ляжет описание человека, который встречался с чиновником в неформальной обстановке.

Чушь, конечно, у того десятки встреч, обрабатывать каждую – не хватит сотрудников всей московской милиции. Тогда где произошла утечка? Перехватили междугородный телефонный звонок? Случайно?

Нет, ставить прослушивающее устройство такой важной персоне себе дороже, можно враз лишиться погон и должностей.

Выходит, случайно. Хорошо бы случайно, успокаивал себя Марковцев.

До выхода из электрички он не подавал виду, что заметил за собой слежку, лишь поспешное движение в самый последний момент сказало “товарищу”, что его либо раскрыли, либо объект провел обычную сбивку. И тем самым подтвердил свою незаурядность.

Вечером, только вечером этот болван сможет представить начальству подробный рапорт о проделанной работе, а сейчас, полагал Сергей, РУБОП в неведении о рискованном рейде своего сотрудника. Рискованном потому, что вел его к открытой платформе железнодорожной станции “Царицыно”, последней станции в жизни этого безымянного оперативника. Он пока еще не выдохся, но в подворотню за объектом, срисовавшим “хвост”, не пойдет.

Разведчики нелегалы или работающие под прикрытием дипломатических должностей были обучены и строго выполняли директиву: при обнаружении слежки ни в коем случае не отрываться от “хвоста”. Поскольку это не что иное, как доказательство причастности к разведывательным органам. Марковцев намеренно “обострил проблему” и приготовился разрешить ее при помощи семизарядного “вальтера”. Один из десяти, прикинул он, что оперативник последует за ним. Он прекрасно понял, с кем имеет дело, и постарается снять наблюдение как можно быстрее.