В этот городок они приехали на щегольском автомобиле, который выглядел на пыльной парковке перед антикварным магазинчиком не совсем уместно. За те полчаса, что они пробыли здесь, их внимание успели привлечь разные вещицы, но купить они собирались самые качественные — судя по всему, эти люди отличались безупречным вкусом.

Владелец магазинчика как раз выписывал им чек, когда женщина спросила его о часах. Он бережно прикрыл рукой золотую «луковицу», висевшую в петле жилета, и с улыбкой ответил:

— Нет, мэм. Я не могу расстаться с этими часами.

Она улыбнулась в ответ. Это была улыбка женщины, не сомневающейся в своей привлекательности.

— Даже за хорошую цену? Сегодня такие часы уже не увидишь… Новые выглядят… слишком новыми. Они сияют так, что кажутся какими-то… дешевыми, что ли. Лишь тусклый свет, который появляется на золотых украшениях и на часах со временем, придает им шарм.

Ее муж, изучавший до этого содержимое книжных полок, тоже подошел к прилавку. Желая получше рассмотреть часы, он слегка наклонился вперед.

— Высокопробное золото?

— Видимо, да, хотя я никогда их не оценивал.

— Мы бы купили их у вас даже без оценки, — заметил мужчина.

— Прошу прощения, но эти часы не продаются.

Вновь склонившись над прилавком, хозяин магазинчика продолжал записывать их покупки. Иногда боли в суставах пальцев, вызванные хроническим артритом, здорово затрудняли подобную перепись, но старик считал, что компьютеру в антикварной лавочке не место. К тому же он не верил этим новомодным штучкам.

Считал он тоже по старинке — в столбик на листе бумаги.

— С налогом на продажу выходит триста шестьдесят семь долларов сорок один цент.

— Звучит не так уж страшно. — Мужчина достал бумажник из крокодиловой кожи и вытащил из него кредитную карту. — Добавьте сюда две бутылки воды. — Передав кредитку хозяину, он направился к небольшому холодильнику со стеклянной дверцей.