Ага, и окажусь среди вдовцов, которые жаждут, чтобы кто-то погладил им рубашку, – такой вдовец с брюшком, прогуливающий на поводке жирного пуделя. И потом, «сентиментальная» – вроде как болтливая. Это уже к Селине. Нет, нужно выражаться прямо: «Меня зовут Эльвира, уравновешенная сорокалетняя женщина, обожаю развлечения, хотела бы встретить настоящего мужика, который сможет увлечь меня в волшебные сады любви».

Отлично, только на это клюнет куча гуляк: «Ты хочешь волшебной любви, курочка, так вот она. Давай пой!»

Еще один отвратительный Рэй.

Надо сказать, что он был таким нежным, забавным… Понимающим. Он сказал, что ощущает то же, что и я, что он одинок, что мечтает о женщине, с которой можно было бы говорить, быть самим собой.

Насчет быть самим собой, так он и был.

Я перечитала его сообщения и покраснела.

На экране появилось новое послание:

– Извини, Эльвира, не знаю, что на меня нашло, меня сбило с толку желание.

О-ля-ля! Отвечать или нет? Отвечаю:

– Я больше не хочу общаться с тобой. Ты просто свинья.

– Прошу прощения, моя дорогая, моя прелесть. Но это был сильный неотвратимый порыв…

– Как бы там ни было, Рэй, ты обидел меня! Правда, обидел!

– Знаешь, я хочу, чтобы мы как-нибудь вечером поужинали с тобой, сидя рядом, близко, ужин при свечах, в баре, где тихо играет пианист…

– Но ты живешь на расстоянии в пятьсот километров, Рэй, и ты не можешь взять сейчас отпуск, ты ведь говорил.

– Я попытаюсь так спланировать поездки, чтобы приблизиться к тебе, моя птичка.

Но как, разве я говорила ему, где я живу? В какой бред я влипла, самоисповедуясь?

– Мне нужно ощутить жар твоего тела, огонь твоего взгляда, устремленного на меня, я жажду узнать твою кожу, запах, улыбку…

– О да, я тоже, Рэй, пожалуйста, прости меня. Я… я была в шоке, я опасалась, что тебе нужен лишь… лишь секс…