– Не могу пожаловаться, – ответила Киббл. – Ничуть.

Касси села на стул у письменного стола, заваленного досье, некоторые из них достигали в толщину двух дюймов.

Слева находился ящик с вертикально поставленными папками помеченный буквами ВПС, неизменно привлекавший внимание Касси. Она знала, что ВПС означает возвращение под стражу и помещенные там досье принадлежат неудачникам, кто отправляется обратно. Ящик этот казался всегда полным и был для Касси таким же пугающим, как все остальное в процедуре условно-досрочного освобождения.

Киббл раскрыла досье Касси и стала заполнять ежемесячный отчет о соблюдении режима. Это было у них ритуалом: недолгая дружелюбная беседа, затем Киббл задавала вопросы по перечню.

– Что с волосами? – спросила Киббл, не поднимая взгляда от бумаг.

– Так, захотелось разнообразия. Решила укоротить их.

– Разнообразия? Ты так заскучала, что вдруг потянуло на перемены?

– Нет, я просто...

Касси закончила пожатием плеч, надеясь, что все обойдется. Надо было сообразить, что слово разнообразиенасторожит инспектора.

Киббл, чуть повернув запястье, взглянула на часики. Пора было продолжать.

– Проблем из-за мочи не возникнет?

– Нет.

– Хорошо. Рассказать о чем-нибудь хочешь?

– Нет, не о чем.

– Как идет работа?

– Идет, наверное, как и всякая другая.

Киббл приподняла брови, и Касси пожалела, что не ответила односложно. Опять она насторожила инспектора.

– Ты постоянно ездишь в шикарных машинах, – сказала Киббл. – Большинство людей, приходящих сюда, моет такие машины. И не жалуется.

– Я не жалуюсь.