Касси многократно рассматривала свое решение со всех сторон. И не испытывала ни страха, ни сомнений, ни чувства вины. Трудность заключалась в том, чтобы сделать выбор. Решившись, она почувствовала только облегчение и упоительное ощущение свободы. Ее охватило будоражившее чувство опасности и нетерпения, стертое из памяти годами неволи. Она забыла, до чего пьянящим может быть воздействие адреналина. Макс не умел выражать словами чувства и называл его просто наркотиком преступления. В эти дни подготовки Касси пришла к выводу, что главная цель заключения – лишить осужденного этого воздействия, изгладить его из памяти. Если так, то пяти лет тюрьмы для нее оказалось мало. Наркотик преступления бурлил в ее крови, клокоча в венах, словно горячая вода в замерзших трубах.

* * *

Касси начала с изменения биологических часов организма, стала значительно позже ложиться в постель и немного позднее вставать. Недостаток сна возмещала приемом придающих энергии витаминов да изредка дремотой под вечер на кушетке в гостиной. За неделю сократила количество отведенных сну часов с семи до четырех без заметного воздействия на расторопность и работоспособность.

Ночами Касси стала совершать длительные поездки по опасно петляющей Малхолланд-драйв, чтобы обострить притупившуюся реакцию. По дому ходила, не включая света, ее глаза привыкали к очертаниям ночных теней. Она знала, что на работе будет пользоваться очками ночного видения, но следовало быть готовой к непредвиденным обстоятельствам.

Днем, в свободные от работы часы, Касси собирала снаряжение, которое могло ей потребоваться, делала инструменты, которыми будет пользоваться. Тщательно составив список всего, что могло помочь преодолеть любое препятствие во время работы, она выучила его наизусть и уничтожила – одного лишь подобного списка было бы достаточно, чтобы отменить условно-досрочное освобождение. Потом потратила целый день в разъездах по скобяным и прочим магазинам, покупая включенные в список вещи по всему городу, чтобы различные части ее плана было невозможно свести воедино.