Женщины обменялись улыбками.

– Рядом с ней стоит Фэррис, дальше Шеперд и Маклейн. – Капитан, худой седовласый мужчина с острым взглядом темных глаз взглянул на Уокера. – Маклейн, тебе стоит пообщаться с Лоусон.

С чего бы это?

– Джен перевелась из Талсы, – пояснил капитан. – Пикетт, как ты знаешь, вышел на пенсию, и она будет вместо него.

Его мышцы напряглись.

– Значит, вы медик?

– Да. Рада познакомиться.

Глаза их впервые встретились, и Уокер на миг остолбенел. Вот это да! Эти глаза завораживали чистой, яркой синевой. Такого оттенка он не видел никогда прежде.

Капитан Йервуд, перешедший работать в третье отделение чуть больше трех лет назад, тем временем продолжал свою речь, представляя нового сотрудника пожарным смены.

Уокеру и трех секунд не пришлось ждать, чтобы Фэррис, местный Казанова, показал себя. Высокий, сложенный подобно кирпичному столбу, огромный мужчина пробормотал так, чтобы расслышали его только Уокер и Шеперд:

– Я должен ее получить.

Урод.

– Посмотрим, как она будет прикрывать твою спину во время пожара.

– Если и не сможет, уверен, она отлично прикроет меня спереди.

Уокер не стал тратить время на проповедь о том, что если Фэрриса услышат, то светловолосый мускулистый красавец вполне может быть обвинен в сексуальном домогательстве. Фэррис тем временем обошел толпу, чтобы встать ближе к брюнетке.

Шеп тихо простонал:

– Думаю, я влюбился. Ты видел эти глаза?

Он видел.

– А это лицо?

Еще бы.

– А ее тело? Ты видишь?

– Нет, я ослеп пять секунд назад, – медленно, растягивая слова, ответил Уокер. Конечно, он все это видел. Но также знал, что его в этой женщине раздражало.

– Да неужели она совсем тебе не нравится? Прошло два года, приятель. И ты вроде пока не труп.

Нет, но Уокер хотел бы им стать. С тех пор как Холли умерла на его руках, он ощущал в груди лишь большой черный провал. То ограбление отняло у него не только жену – с ней погибла и их нерожденная дочь. И случались дни, когда боль возвращалась к нему с такой силой, будто все произошло только вчера.