— Убей его! Убей его! Убей его!

Павел свернул зверьку шею. Еще несколько мгновений братья лежали неподвижно, тяжело дыша. Павел опустил голову на спину Андрею, по-прежнему сжимая обеими руками шею кота. Наконец он вытащил руки и поднялся на ноги. Андрей оставался на снегу, не смея пошевелиться.

— Вставай.

Теперь он мог выпрямиться. Теперь он мог встать рядом со своим братом. Теперь он мог стоять с гордо поднятой головой. Андрей не разочаровал его. Не подвел. Он взял брата за руку и поднялся на ноги. Павел не смог бы поймать кота без него. Веревка наверняка порвалась бы, а кот сбежал. Андрей засмеялся, приплясывая на месте. Еще никогда он не чувствовал себя таким счастливым. Они по-настоящему стали братьями. Павел обнял его, и оба посмотрели на добычу у своих ног: маленького костлявого кота, вдавленного в снег.

Но теперь следовало принести кота обратно в деревню так, чтобы никто его не заметил. Из-за такой добычи односельчане будут драться насмерть, а визг животного кто-нибудь мог и услышать. Поэтому Павел предпочел не рисковать. Они не взяли с собой мешок, в который можно было завернуть кота. Но сообразительный старший брат недолго ломал голову. Он решил спрятать его под грудой хвороста. Если они встретят кого-нибудь по пути домой, то сделают вид, будто собирали сучья в лесу, что не вызовет никаких расспросов. Павел поднял кота.

— Я понесу его под грудой хвороста, чтобы никто не заметил. Но если мы и впрямь собирали сучья, то и ты должен нести их в руках.

На Андрея логика брата произвела сильное впечатление — сам он до такого никогда бы не додумался. Он принялся собирать хворост. Землю покрывал толстый слой снега, под которым трудно было заметить упавшие сучья, поэтому ему пришлось искать их на ощупь, голыми руками. После каждой попытки он поспешно подносил руки ко рту и дышал на них. Вскоре из носа у него потекло, на верхней губе скопились сопли. Впрочем, сегодня это его не беспокоило, после такой-то удачи, и он даже начал напевать любимую песню отца, вновь погрузив руки в снег.