Полицейский, пропустивший его к телу, как раз пытался спровадить Шейлу с места преступления, объясняя, что ее команда уничтожит улики.

– Но его-то вы пропустили!

Шейла ткнула пальцем в Ника.

– Наверное, не стоило этого делать.

С лица копа не сходило равнодушное выражение.

По мосту проехало пять-шесть полицейских машин. Мигалки бросали на поверхность реки разноцветные отблески.

– А вот и детективы из отдела убийств, – сказал коп телевизионщикам. – Поговорите с ними. На данный момент место преступления закрыто, и я вынужден попросить вас отойти. И вас тоже, – повернулся он к Нику. – Отойдите на дорогу.

Ник подошел к полицейскому.

– Мне бы хотелось задать вам один вопрос.

– Не задерживайтесь! – ушел от ответа коп.

– Вы видели следы, ведущие к телу?

– Конечно!

Полицейский уже начинал злиться.

– Вы не заметили ничего странного?

– Например?

– Посмотрите еще раз, – посоветовал Ник. – Вы увидите, что человек, который оставил эти следы, шел босиком.

– Откуда вы знаете?

– Просто посмотрите, – повторил Ник.

Он прошел мимо детектива Адама Стоули, даже не поздоровавшись. Сейчас полицейскому было не до этого, и он не обратил на Ника внимания. Рядом с детективом шел какой-то мальчик. Он попытался рвануть с места и броситься через заграждение к телу, лежащему в луже крови, но Стоули успел схватить его за плечо.

– Погоди, Дэниэл! Не торопись. Мы даже не знаем наверняка, твоя ли это мама.

Остановившись на краю моста, Ник поставил фотоаппарат на низкую бетонную опору и навел фокус на тело. Через десять минут у него было несколько хороших снимков, на которых мальчик опознавал свою мать. В лице Дэниэла не было ни кровинки. Он был морально раздавлен.