Отец Кирилла, сидевший во главе стола, никак не отреагировал на это замечание, зато мать пригрозила сыну столовой ложкой, будто хотела треснуть по лбу. Львов с удовольствием наблюдал за проявлениями внутрисемейной любви, и только студентка Наташа тактично опустила глаза.

Выждав, пока страсти утихнут, Наташа перевела разговор в более безопасное русло:

– Но вы же не будете спорить, Кирилл, что у вас более интересная работа, чем у адвокатов. У нас все бумажки, бумажки... Наверное, поэтому вы и пошли в милицию.

– У Кирилла очень интересная работа, – согласился отец Кирилла, и только сам Кирилл уловил в его голосе издевку. – Просто как в кино.

– Это смотря в каком кино, – подал голос Львов, который уже минуты три сидел перед пустой тарелкой, а потому ему ничего не оставалось делать, кроме как подключиться к светской беседе. – Вот только, к сожалению... Моя интересная работа не позволяет мне задержаться в вашем гостеприимном доме.

– Какая жалость! – сказала Кириллова мама и немедленно выскочила из-за стола, чтобы проводить Львова в коридор.

– Я тоже пойду, – сказал Кирилл, и мама застыла на полдороге, чтобы с разворота показать Кириллу кулак и одними губами напомнить: "Наташа". Но Кирилл прикинулся, что не умеет читать по губам.

– Ну что же, – правильно сориентировалась студентка. – Я, пожалуй, тоже пойду...

– Кирюша проводит, – улыбнулась ей хозяйка.

"Я?" – беззвучно ужаснулся Кирилл, но мама не заметила его мимики, подала Наташе куртку и довольно потерла ладони – в прихожей Кирилл и Наташа волей-неволей оказались рядом, и смотрелась эта пара, по мнению мамы Кирилла, неплохо. Картину слегка портил маявшийся на втором плане Львов.

И Кириллова мама даже вздрогнула, когда непрезентабельный, невысокий и практически незнакомый человек вдруг взял одну из ее лучших студенток под локоток и негромко проговорил: