Я сидел, закрыв глаза. Огни в зале погасли. Поль молчал. Он хорошо понимал, что, когда желаешь убедить кого-либо, нужно делать паузы и давать собеседнику время на размышление.

– Все это политика, – неуверенно произнес я. – Оставьте ее себе.

Он не ответил.

– Я не утверждаю, Поль, что держу палец на пульсе истории или знаю, какое будущее ожидает человечество. Просто я чертовски устал. Вы ошиблись ложей, как я уже говорил…

Поль шевельнулся, и я открыл глаза. Откуда-то он достал небольшую папку из искусственной кожи. По-видимому, он прятал ее под пиджаком. Иначе я бы уже заметил ее. Он положил папку мне на колени.

– Это вам.

Я не прикоснулся к папке.

– Будь проклято ваше появление, Поль.

– Мы выделили человека, который будет прикрывать вас, – мягко произнес он.

– Мне не нужно прикрытие.

– А что будет, если вы окажетесь в тяжелом положении?

– Я сам из него выберусь.

– Знаете ли вы, какой вас ждет риск, Квиллер?

– А у КЛД было прикрытие?

– Да, но очень трудно уберечь человека от выстрела с дальней дистанции.

– Они разделаются со мной таким же способом, если уж до этого дойдет. Никакого прикрытия, Поль. И не вздумайте прикреплять ко мне людей без моего ведома. Я предпочитаю действовать в одиночку.

Запульсировала вена на ноге, предвестник судороги. Я шевельнулся, и папка скользнула на пол. Я оставил ее там, где она упала.

Заиграла музыка.

– Можете положиться на двух людей, – произнес Поль.

– Никаких людей!

– Один – американец, Фрэнк Брэнд; другой – молодой немец, Ланц Хенгель. Они…

– Пусть они оставят меня в покое.

– У вас есть связной…

– И связной мне не нужен.

– Ваш связной – я.

– Тогда и вы держитесь от меня подальше! Если уж я возьмусь за это, то только на своих условиях.

Они не должны были посылать этого Поля, ловить меня на крючок.