— О чем задумалась? — спросила Эстер.

— Да об этих показаниях.

Эстер нахмурилась.

— Хорошо. Поскольку парень этот — лживый мешок ослиного дерьма, иначе не назовешь. Поняла?

— «Мешок ослиного дерьма», — повторила Тиа.

— Именно. Он определенно не видел того, о чем утверждает. Не мог видеть. Ты меня понимаешь?

— И вы хотите, чтобы я это доказала?

— Нет.

— Нет?

— Наоборот.

Тиа нахмурилась.

— Не совсем понимаю… Так вы не хотите, чтобы я доказывала в суде, что он — лживый мешок ослиного дерьма?

— Именно.

— Может, поясните? — Тиа пожала плечами.

— С удовольствием. Я хочу, чтобы ты сидела там, мило кивала и задавала миллион вопросов. Надень что-нибудь облегающее, возможно даже с глубоким вырезом. Улыбайся ему, как девица на первом свидании, которой все, что он скажет, кажется потрясающим. И чтоб никакого скептицизма в голосе. Каждое его слово — для тебя истина в последней инстанции.

Тиа кивнула.

— Хотите, чтобы я его разговорила.

— Да.

— Хотите, чтобы я все это записала. Всю его историю.

— И снова да.

— Чтоб позже в суде припечатать к стенке его лживую задницу.

— С фирменным блеском и шиком знаменитой Кримштейн. — Эстер изогнула бровь.

— Ясно. Я все поняла.

— Собираюсь поджарить ему яйца и подать на блюде к завтраку. Так что, если придерживаться метафоры, твоя задача — сходить в магазин. Справишься?

«Отчет из компьютера Адама — как справиться с этим? Прежде всего надо связаться с Майком. Потом сесть и хорошенько все обдумать, определить, каким будет следующий наш шаг…»

— Тиа?

— Думаю, справлюсь. Да.

Эстер остановилась. Шагнула к Тиа. Она была дюймов на шесть ниже ее, но Тиа так не казалось.