Трифонов прошел сквозь железную дверь и спустился вниз. От запаха эфира он сморщился. Он не любил посещать такие места. Следователя встретил молодой человек с красивым необычным лицом. Он представился Феликсом Гончаром. Энергичный, подвижный, с удивительными глазами. Левый глаз был карим, а правый зеленым. Природа сыграла над паталогоанатомом веселую шутку. Правда, разноцветность глаз не портила его внешность, портил шрам на подбородке. Белая полоска в четыре сантиметра с небольшим углублением пробегала под нижней губой. Но в целом парень имел свой определенный шарм и приветливый вид.

— Как я догадываюсь, вы следователь из прокуратуры Трифонов? спросил врач.

— Не в бровь, а в глаз.

Молодой человек улыбнулся, и Трифонов позавидовал его зубам.

— Ваш медэксперт Прохор Петрович к утру совсем раскис. Упал замертво и спит на кушетке у меня в кабинете. Жалко будить. Вскрытие делал я, так что могу ответить на ваши вопросы.

— Давайте для начала выйдем в парк, не то я задохнусь.

Они поднялись по бетонной лестнице и вышли на свежий воздух.

— Что вы можете сказать об утопленнице?

— Я думаю, ее утопили. Очевидно, она спала. В крови обнаружена большая доза морфия с примесями. Следов от уколов много. Не могу сказать с уверенностью, была ли она наркоманкой. Для обычного организма такая доза может привести к летальному исходу. Но смерть наступила не от этого. Легкие полны воды.

— Значит, морфий. А как, по-вашему, могла она сама под воздействием наркотика пойти и утопиться?

— Все возможно. Нужно знать, как долго она пользуется наркотиками и какие дозы принимает. Это очень индивидуально, но организм у женщины сильный. Патологий не обнаружено. Могла жить и жить. По моему мнению, она была в невменяемом состоянии.