— А им понравится конечный результат, — улыбнулся Куин, демонстрируя прекрасную работу дантиста из Беверли-Хиллз. — Я думаю, мы с тобой покажем класс в этом фильме.

Крис снова поблагодарила их. Джейсон отправился в свою уборную, оставив ее наедине с режиссером.

— Я говорил с Джейсоном на эту тему, я хочу поднять твои ставки: твое имя будет перед заглавием, одно в кадре, сразу после Джейсона.

— Это замечательно, Брент, — сказала Крис. И это, действительно, было замечательно. Из опыта она знала, что не следует слишком доверять обещаниям, данным в Голливуде, но сейчас ничего не могла с собой поделать: ее сердце радостно билось.

— Изменения в сценарии сделают твою роль главной. Мы с Джейсоном решили, что ты этого заслуживаешь.

Он обнял ее и направился к директору студии.

— Ну, — громко сказала себе Крис, — тогда ты должен платить мне, как за главную роль.

Она пошла в свою гримерную, подумав по дороге, что сегодня не было ни одного письма от Поклонника. Счастливая, она отправилась на встречу, назначенную на обед.

Стоял один из тех солнечных лос-анджелесских дней, когда смог, унесенный холодным ветром, не затеняет солнце, а недавно прошедший дождь придает земле свежесть. Она обедала на открытой террасе со своим агентом Роном Морроу и менеджером Джеком Берманом в ресторане Бистро Гарден в Беверли-Хиллз.

— Мне звонил Брент, — сказал Рон. — Он рассказал мне последние новости. Все складывается очень удачно, Крис.

Рону еще не исполнилось и тридцати пяти, но он уже считался одним из самых первоклассных агентов в наиболее влиятельном в городе Агентстве артистического творчества.

— Как ты думаешь, Рон, сможешь вытянуть из них побольше денег?

Рон отрицательно покачал головой.

— Просить сейчас у них денег — будет ошибкой. Если эта картина станет тем, на что я рассчитываю, то в следующий раз мы вытянем из них вдвое больше. Тебя завалят сценариями. Подожди — и увидишь.