В беседе с Хуанитой Альварес Эйхорд старался отвлечь ее от мыслей о детях и вызвать на разговор о ней самой. Верный своим привычкам, он хотел составить свое мнение о собеседнице и поэтому спрашивал о школе, о церкви, о быте, осторожно направляя вопросы в более интимные области, стремясь почувствовать самую суть женщины. Она действительно производила впечатление отчаявшейся матери, у которой пропали дети. Если, конечно, не была слишком талантливой актрисой.

Через полтора часа он встретился с Памелой Бейли четырнадцати лет. Это была замкнутая, угрюмая, чернокожая девчонка в спортивном свитере с надписью «Элвис жив».

Она сообщила офицерам полиции, что «имеет в виду старого дурака, живущего по соседству, который грозился, что сведет счеты с шумными, плохо воспитанными детьми».

Скорее всего, она пыталась повесить лапшу на уши. Видимо, сосед, мистер Хиллфлоен, жаловался управляющему на ее собаку, которую она пускала гулять без поводка, и девчонка решила отомстить. Однако не исключено, что Памела действительно что-то знала. К половине десятого Эйхорд отпустил ее, так и не придя к определенному выводу, и собрался прошвырнуться по Южной Ютике.

Он с трудом нашел стоянку трейлеров, запрятанную в районе самых запущенных улиц Южного Блайтвилла. Много раз он утыкался в желтый указатель «Тупик» и возвращался назад.

Каждый двор здесь был заполнен отбросами цивилизации: машинами на колодках, ведущими колесами с табличкой «продается», пластиковыми ведрами со строительным мусором, молочными кувшинами, обмотанными проволокой. В одном закоулке он обнаружил отличный, почему-то выброшенный трос.

Наконец он добрался до нужного проезда. В конце усыпанного гравием склона между двумя рядами унылых жестяных боксов висела табличка с надписью «Стоянка веселых трейлеров».

При виде этого Эйхорду почему-то вспомнилось зрелище, которое обычно демонстрируют по телевидению после сильных ураганов, циклонов, штормов, землетрясений и других стихийных бедствий. Однако едва ли даже вмешательство Всевышнего смогло бы очистить местность от такого количества ржавой рухляди. Козней природы хватило бы разве только на то, чтобы снести крыши с этих старых прямоугольных жилищ, росших, казалось, прямо из земли и по иронии судьбы носивших название передвижных домов.