– Только посмотри на его глаза, – прошептала Маша.

Виктор перевел взгляд на ребенка. При этом он заметил, что мальчик по-прежнему пристально смотрел на него. Бирюзовая глубина его глаз была холодной и яркой, как лед. Виктор невольно почувствовал, как его охватывает страх.

~~

Фрэнки ощущали себя победителями, когда Виктор въехал на покрытую щебенкой дорогу, ведущую к их деревянному загородному дому. Муки искусственного оплодотворения окупились с лихвой. Поиски подходящей матери, которая выносила бы их ребенка, безрадостные поездки в Детройт – все это дало свои плоды. У них был ребенок, и Маша баюкала его на руках, благодаря Бога за его подарок.

Машина сделала последний поворот. Приподняв малыша и откинув край одеяла, Маша показала мальчику его дом. Как будто бы понимая, что происходит, Виктор-младший смотрел через лобовое стекло на симпатичный, хотя и довольно скромный домик. Затем, моргнув, посмотрел с улыбкой на Виктора.

– Тебе он нравится, а, Тигрик? – спросил Виктор. – Ему еще только три дня, но могу поклясться, что он бы заговорил со мной, если бы мог.

– Что бы ты хотел от него услышать? – Маша опустила ребенка на колени. Они называли его Тигрик, чтобы как-то отличать от отца, Виктора-старшего.

– Не знаю, – ответил Виктор, останавливая машину перед входом. – Может быть, он бы сказал, что хочет вырасти и стать врачом, как его папочка.

– Нет, ради Бога, – сказала Маша, открывая дверь.

Виктор выскочил из машины, чтобы помочь ей. Стоял прекрасный, ясный октябрьский день, наполненный ярким солнечным светом. Деревья за домом были щедро окрашены осенними красками. Алые клены, оранжевые дубы, желтые березы, казалось, соревновались между собой в красоте. Дверь открылась, и Дженис Фэй, няня, постоянно живущая у них в доме, сбежала к ним по ступенькам.