Как адвокат по уголовным делам, она видела десятки таких тел. На лицах многих из них застыл страх. На других она могла разглядеть следы мольбы в остекленевших глазах. Но ничто никогда не действовало на нее так, как вид этой жертвы.

Тело было завернуто в плотный прозрачный пластик. Пластик разлезся, но, хотя кожа трупа и истлела, кости сохранились в целости. На мгновение у нее мелькнула мысль, что это останки ее прапрабабушки.

Но она тут же отвергла ее. В 1891 году, когда исчезла Маделайн Шепли, пластик еще не изобрели. Значит, это не могла быть она.

Когда появилась под вой сирены первая полицейская машина, Эмили вернулась в дом. Она знала, что полиция непременно обратится к ней с вопросами, а ей надо было собраться с мыслями.

«Собраться с мыслями» — это было выражение ее бабушки.

Пакеты с продуктами лежали на столе в кухне, где она их бросила, кинувшись к телефону. Она автоматически налила чайник, поставила на плиту, зажгла газ, затем разложила пакеты и убрала скоропортящиеся продукты в холодильник. Поколебавшись мгновение, она начала открывать шкафчики.

— Куда же положить эту бакалею, — вслух сказала она с досадой и усмехнулась, поняв, что эта детская раздражительность была следствием шока.

Засвистел чайник. «Чашка чаю, — подумала Эмми, — прояснит мои мысли».

Большое кухонное окно выходило на участок за домом. С чашкой в руке Эмили стояла у окна, наблюдая за тем, как полицейские с медлительной основательностью оцепляют участок вокруг ямы.

Прибыли фотографы и защелкали камерами. Судмедэксперт спустился в яму, где был найден скелет.

Эмили знала, что останки увезут в морг и будут там исследовать, затем будет составлено описание с указанием пола жертвы, приблизительного роста, веса и возраста. Информация стоматолога и ДНК помогут сопоставить обнаруженные факты с описанием какого-то пропавшего человека, и для какой-то несчастной семьи закончится пытка неизвестностью, а с ней умрет и слабая надежда, что любимый человек, быть может, еще вернется.