Из Центра пропали игрушки. Их должна найти полиция. Но у полиции свои дела, свои более важные приоритеты, поэтому надо ждать, пока до них дойдет очередь, если вообще дойдет. Можно начисто стереть телефонные кнопки, звоня комиссару, но так и не услышать ответа.

В завещании она объявлена наследницей дома, но Томас ее туда не пускает, оградив дом целым лабиринтом систем. Его адвокаты-питбули уже сожрали бы одинокую Алисию, поэтому кто-то их должен отпугивать.

Лео... Ох, боже, бедный Лео. В ушах до сих пор стоит грохот, в глазах — пламя. После такого взрыва от него ничего не осталось.

Ее пронизал тошнотворный холодный страх. Когда мой черед? Может, следующий, если и дальше идти против Томаса и его покровителей, кто б они ни были?

Она грохнула кулаком по столу. Будь они прокляты!

Хорошо бы держать в руках большой самурайский меч — дайкатану, — рассекая до самого сердца...

— Прошу прощения.

Алисия вскинула голову. Из дверей на нее смотрела одна из добровольцев, хорошенькая блондинка лет тридцати с небольшим.

— Я стучала, но вы, наверно, не слышали.

Алисия распрямилась, пригладила волосы, сделала профессиональное лицо.

— Извините. Унеслась за миллионы миль, мечтая изловить крыс, которые утащили подарки.

Стройная женская фигурка проскользнула в створку, дверь за ней закрылась. Неплохо бы иметь такую.

Алисия часто с ней сталкивалась. Иногда женщина приводит с собой дочку, симпатичную девочку лет семи-восьми. Как их зовут?

— Чтобы их изловить, не надо за миллион миль бежать, — заметила женщина. — Одной-двух вполне достаточно.

— Пожалуй, вы правы, — согласилась Алисия.

Имя... имя... как же ее имя?

Вспомнила!

— Джиа, не так ли?

— Джиа Ди Лауро, — улыбнулась посетительница.

Ослепительная улыбка. Неплохо бы иметь такую.

Джиа... прекрасное имя. Неплохо бы...