— Его ищет милиция. Они это сделают быстрее и лучше нас. Зачем же делать двойную работу?

— Смотрите, какая выдержка, — горько усмехнулась Таня. — Если бы у меня оставалась хоть какая-нибудь надежда на то, что Ваня жив, я бы землю носом рыла.

— А я рыть не стану. По очень простой причине. Если убийцы узнают, что Борис жив, они его найдут быстрее нас и милиции, а потом добьют. Он единственный свидетель.

Во всяком случае, видел бандюг в лицо. Предлагаю сосредоточиться и подумать, чем и кому наши мужья не угодили или помешали до такой степени, что их понадобилось убивать. Никто, кроме нас, не мог знать лучше наших мужей. Варианты московского подполковника мне не очень нравятся.

— О каком варианте ты говоришь, Катя? — спросила Олеся, прищурив карие глаза.

— Одной из причин убийства, по его предположению, могло стать невольное присутствие наших ребят при каком-то преступлении. Их приметили, выследили и уничтожили. Такое возможно. Ребята часто работали втроем на маршруте. То деньги, то документы возили, то вип-персон сопровождали. Допустим, они кого-то ждали на улице, а в это время ограбили ювелирный? Бандиты сбежали, но запомнили номер машины, в которой сидели наши ребята. Вычислить их уже не представляло особых трудностей.

— Все не то! — махнула рукой Олеся. — Не знаю, какие у вас были взаимоотношения с мужьями, но если бы что-то похожее действительно случилось, то Олег мне об этом рассказал бы. И потом, я не поверю в то, что три здоровых мужика, бывших офицера, побывавших в горячих точках, имеющих награды за боевые заслуги, как мальчишки смотрели бы на произвол. Они наверняка бы вмешались. Тем более, что на работе им выдают оружие.

— Ты права, Олеся, — тихо сказала Таня. — Иван от меня ничего не скрывал. И я думаю, что наши мальчики занялись шантажом и за это пострадали.

Подруги взглянули на рыжеволосую красавицу с испугом.

— Побойся Бога, Танюша, — тихо прошептала Катя. — О чем ты говоришь?