Вот лицо он изменить не мог. А оно красовалось на всех розыскных плакатах. Он помнил, как это лицо смотрело на него в полицейском участке с доски объявлений. Аккуратный косой пробор, впалые серые щеки. Он с силой взъерошил волосы, водя руками взад и вперед, пока волосы не встали торчком. Прощай аккуратный пробор. Потом провел ладонью по суточной щетине. И решил отрастить бороду. Собственно говоря, тут и выбирать не приходилось. Бритвы у него не было, а тратиться на ее покупку он не собирался. Он шел, направляясь на юг, справа от него возвышалась гора Эксельсиор. И дошел до развилки, от которой уходила на запад — к Сан-Франциско, перевалу Тайога и нависающей над ним горе Дейна — другая дорога. Здесь он постоял, подумал. Продвигаясь на юг, он снова попадет в пустыню Мохаве. А это близко к его дому. Слишком близко. Опасно близко. И он придумал новый ход: отправиться автостопом на запад, а уж там решить, что делать дальше.

Под вечер он вылез из открытого джипа пожилого хиппи на южной окраине Сакраменто. Постоял на тротуаре, помахивая на прощание рукой удалявшейся машине. Потом огляделся во внезапно наступившей тишине по сторонам, прикидывая, куда идти дальше. Он увидел справа и слева от себя целый лес вывесок, ярких, неоновых, рекламирующих мотели с кондиционерами, бассейнами и кабельным телевидением, ресторанчики быстрого питания, закусочные всех возможных видов, супермаркеты, магазины автомобильных запчастей. Похоже на место, в котором человеку ничего не стоит затеряться. Мотелей хоть пруд пруди, вон они, стоят рядком, все конкурируют друг с другом, все предлагают «самые низкие в городе цены». Надо будет залечь ненадолго в одном из них и обдумать дальнейшие ходы. Но сначала поесть. Он проголодался. Выбрав ресторанчик, относящийся к сети, которой он раньше не пользовался, Пенни присел у окна и принялся лениво разглядывать ехавшие мимо машины. А когда подошла официантка, заказал чизбургер и две бутылки колы. В горле у него совсем пересохло от дорожной пыли.