— Я слышал, что кто-то сюда переехал, и зашел, надеясь застать вас дома.

— Я только что приехал, но моя семья живет здесь уже пару месяцев.

— Отчего так?

— Я учитель, — объяснил Йоаким. — Мне нужно было работать.

Репортер кивнул.

— Мы должны об этом написать, понимаете, — сказал он. — Весной мы давали объявление, что хутор продан, и всем теперь любопытно узнать, кто новые владельцы.

— Мы обычная семья, — поспешил ответить Йоаким. — Вот и все, что можно написать.

— А откуда вы приехали?

— Из Стокгольма.

— Как королевская семья, — заметил Нюберг и пристально посмотрел на Йоакима. — Вы тоже, как король, будете жить здесь только летом, когда тепло и хорошо?

— Нет, мы переехали сюда насовсем.

Катрин вышла в прихожую и присоединилась к ним. Бенгт бросил на нее взгляд, Катрин кивнула и пригласила его войти. Журналист неспешно перешагнул через порог.

Они устроились в кухне — комнате, которая была отремонтирована лучше всего. Во время ремонта Катрин и местный мастер обнаружили интересную находку — подпольный тайник, выложенный плиткой. Внутри были серебряная ложка и полусгнившая детская туфелька. Столяр рассказал, что это пожертвование, призванное умилостивить домашних духов, чтобы они дали дому много детей и еды, которой их можно было прокормить.

Йоаким сварил кофе, и все трое уселись за длинным дубовым столом. После того как пришедшие дети устроились у родителей на коленях, Нюберг раскрыл блокнот.

— Как вы решили купить этот дом?

— Ну… Нам нравятся деревянные дома, — ответил Йоаким.

— Мы их просто обожаем, — прибавила Катрин.

— Но это серьезный шаг — купить Олудден и переехать сюда из Стокгольма…

— Ничего особенного, — сказала она. — Мы жили в доме под Стокгольмом, но решили сменить его на дом на Эланде.