Спокойной и умиротворенной Силла отнюдь не была. И вряд ли ее можно было назвать неотразимой роковой красавицей, хотя ее завораживающий голос рисовал именно такой образ. Для этого она была слишком энергичной, даже, может быть, немного нервной. Ее длинное стройное тело всегда было словно натянутая струна. Ногти Силла не красила и губы тоже — на маникюр и макияж катастрофически не хватало времени. Темно-карие глаза, длинные шелковистые ресницы — достались в наследство от отца, вечного фантазера и мечтателя. Нежная фарфоровая кожа и при этом четкие, даже резковатые черты лица. И вдобавок копна черных неуправляемых кудрей, которые она то закалывала, то безжалостно скручивала в узел, а то просто отбрасывала назад. В зависимости от разного типа наушников.

Время вышло. Силла затушила сигарету; глотнула воды и включила микрофон. Загорелся зеленый огонек — прямой эфир.

— Эта песня посвящалась всем влюбленным. И не важно, находится ли любимый человек этой ночью рядом с вами или нет. Оставайтесь с нами. Это Силла О'Роарки. Мы в Денвере, и вы слушаете радио Кей-эйч-ай-пи. Я скоро вернусь.

Силла запустила рекламный блок и подняла голову.

— Привет, Ник. Как жизнь?

Ник Питерс, студент, проходящий на радиостанции практику, сдвинул на лоб очки в темной оправе и ухмыльнулся:

— Сдал экзамен по литературе. Я суперас.

— Поздравляю. Молодец, так держать. — Силла осторожно взяла кружку с дымящимся кофе, которую принес Ник, и благодарно улыбнулась. — Как там на улице? Снег еще идет?

— Кончился час назад.

Силла немного расслабилась. Она беспокоилась о Деборе, своей младшей сестре.

— На дорогах, наверное, кошмар?

— Да нет, всё не так плохо. Принести тебе чего-нибудь к кофе?

Она мимолетно улыбнулась и покачала головой. Голова ее была, как всегда, занята миллионом разных проблем. И как всегда, Силла не заметила, с каким обожанием смотрит на нее Ник.